Творчество Б. Гребенщикова. Так сгорел «Поезд в огне» или нет?

Интересно
Когда песню АКВАРИУМА «Поезд в огне» приводят как пример политической конъюнктуры, я с этим категорически не согласен. Ведь конъюнктура подразумевает, прежде всего, неискренность, циничное расчётливое желание срубить «плюшек» на какой-то модной теме (сейчас бы сказали, тренде). А я уверен, что, сочиняя «Поезд в огне», Борис Гребенщиков не кривил душой. Перейти к предыдущей части статьи Другое дело, что такая песня вряд ли могла появиться в творчестве АКВАРИУМА до начала эпохи перестройки и гласности. Слушая её, трудно избавиться от мысли, что тебе диктуют выдержки из прессы тех лет. Тут тебе и неприятие классовой борьбы, которую БГ изображает как гражданскую и при этом бессмысленную: Мы ведём войну уже 70 лет,Нас учили, что жизнь — это бой,Но, по новым данным разведки,Мы воевали сами с собой… …и упоминание репрессий сталинской эпохи, о которых тогда не писал только ленивый: …люди, стрелявшие в наших отцов,Строят планы на наших детей… …и уничтоженные советской властью церкви: Церкви смешали с золой… …и укол в сторону «мальчиков-мажоров» — детей партийной и военной элиты: Я видел генералов,Они пьют и едят нашу смерть,Их дети сходят с ума от того,что им нечего больше хотеть… Однако самым ярки маркером эпохи стали слова припева: Эта земля была нашей,Пока мы не увязли в борьбе,Она умрет, если будет ничьей.Пора вернуть эту землю себе… Те, кто застал эпоху перестройки, прекрасно помнят начавшиеся разговоры про то, что общественная собственность неэффективна. Что надо отдать землю и предприятия рачительным «хозяевам» — мол, вот тогда всё «заколосится и расцветёт». Особенно в песне умиляла строчка: «Ну, хватит ползать на брюхе — мы уже возвратились домой!» Хочется спросить: «Борис Борисыч, почему ты до этого таких песен не писал? Потому что „ползал на брюхе“? Не знал правды? Не испытывал потребности? Или время к этому не располагало? (нужное подчеркнуть)». Лично мне кажется, что дело, конечно же, во времени. Скан обложки диска «Поезд в огне» был сочинён в 1987 году во время гастролей в Махачкале. В песне не обошлось без отсылок к творчеству любимого Боба Дилана — в данном случае к образу из композиции 1967 года «This Wheel’s On Fire» («Эти колёса в огне»). БГ: «…я клянусь, чтo „Пoезд в oгнe“ нe был пoлитичeскoй пeснeй. Mнe пришлa в гoлoву oчeнь хoрoшaя стрoчкa, я нaчaл думaть, чтo произойдет дaльшe с Вaсиным и егo женой — и нeoжидaннo мы пoпaли в тaкую ситуaцию, когда мeня oчeнь дoстaлo тo, что происходило вoкруг. Я прoстo буквально зарегистрировал то, чтo происходило вокруг». «Два куплета были написаны в Махачкале в доме у артистов театра местных, а третий куплет был написан уже, когда мы ехали в Баку и проезжали мимо горящих вышек — зрелище, конечно, страшное. И она как-то написалась сама собою — уверяю, что я не думал о соответствии какой-то политической ситуации. Неожиданно получилось, что они подходят друг другу». «Эта вещь пришла от Дилана, и я этим горжусь… Еду я в поезде и наблюдаю, как за окном горят нефтяные вышки. И постепенно вся эта советская гарь сквозь меня ушла в песню с резким социальным протестом».(Интересно, а нефтяные вышки в дореволюционной России какую гарь производили — «монархическую»? — С.К.). Впрочем, это я сейчас могу ёрничать по поводу песни. А тогда, как и подавляющая часть населения, я в целом не спорил с посылом, заложенным в ней (в оправдание могу лишь сказать, что никогда не считал СССР «адом», а Запад «раем»). Оно и неудивительно — стремление властей замалчивать негативные стороны советской истории вышло боком. Когда поток «обжигающей Правды», изрядно сдобренной мифами, передёргиваниями и откровенными подлогами, лился на головы незамутнённых граждан прямиком из тех же государственных (!) СМИ, мало кто мог во всём этом трезво разобраться. Как там пел Константин Кинчев? «Так об этом пишут газеты, а газеты всегда правы…». Это было странное, противоречивое и, не побоюсь этих слов, подлое время, когда обществу подсунули хитроумную, но и поныне действенную «вилку». Либо ты на стороне ретроградов-консерваторов, не желающих ничего менять и продолжающих действовать по принципу «не пущать». Либо на стороне «прогрессоров», пустившихся во все тяжкие и выплёскивающих вместе с водой ребёнка. Причём среди последних хватало как корыстных мошенников, так и честных, но наивных людей. Как мы уже знаем, «война», о которой пел БГ, не закончилась, да и не могла закончиться. Просто победители и побеждённые поменялись местами… Огромную роль в раскрутке «Поезда в огне» сыграл видеоклип — наверное, первый достойный клип в истории отечественной рок-музыки. Музыкантов нарядили в костюмы времён революции и гражданской войны (шинели, бушлаты, будённовки) и посадили на настоящий паровоз, который ехал, извергая из себя клубы оранжевого дыма. По воспоминаниям Дюши Романова, для придания «колера» в топку бросали дымовые шашки, и БГ пришлось проявить изрядную выдержку, пока обжигающий вонючий дым обвевал его лицо. Такие же шашки были разложены под рельсами, а одну взорвали прямо под Алексеем Родимцевым по кличке «Ливерпулец» (он изображал персонажа, стоящего возле пня с печатной машинкой). БГ:«…если вы посмотрите этот ролик сейчас, то увидите там бригаду анархистов, которые угнали паровоз и катят куда-то по своим делам. Явно против государства». Насчёт авторства клипа до сих пор кипят жаркие споры. Долгое время среди режиссёров значилось аж три человека — Сергей Дебижев, Наталья Кирилова и Виктор Макаров. И хотя на тот момент профессиональным режиссёром был только Макаров, Кирилова и Дебижев утверждали, что идея и окончательная версия клипа с кадрами старой хроники принадлежат им. С. Дебижев:«Макаров стоял за камерой и как бы сам снимал, а я успокаивал себя тем, что материал все равно хороший. Что пусть уж он его снимает, пусть работает как инструмент, а монтаж мы все равно сделаем с Борисом сами — с хроникой, как мы и хотели.…На следующий день мы с Борисом поехали на телевидение монтировать материал — встречаем вчерашнего режиссера, а он нам говорит, что все уже смонтировал. Как?!!А ситуация была такова, что уже тем же вечером материал должен был отправляться в программу „Взгляд“ и сразу же идти в эфир с тем, чтобы потрясти всю страну. Как, кстати, впоследствии и произошло.Но то, что показал нам режиссер, было совершенно чудовищно. Там были какие-то плакаты „Помоги!“ — такой плакат с белым силуэтом какого-то призрака, символизирующего голод в Поволжье…В общем, за час или за два мы с Борисом хоть как-то привели все это в какой-то удобоваримый вид, сделали так, чтобы это было не совсем уж чудовищно». Однако в 2017 году Макаров неожиданно подал в суд, заявив, что все авторские права на клип «Поезд в огне» должны принадлежать только ему. Мол, и снимал всё он, и хронику отбирал, и монтировал, и документация, подкрепляющая это, у него имеется. Суд первой инстанции режиссёр проиграл, но не сдался и в апреле 2019-го подал иск уже в Европейский суд по правам человека. Те, кому интересны подробности этих разбирательств, могут ознакомиться с ними на сайте РИА-ФАН. А мы вернёмся в 1988-й… Так как программа «Взгляд» имела во времена перестройки беспрецедентную популярность, «Поезд в огне» надолго стал самой известной песней АКВАРИУМА, уступая только романсу про «Город золотой». Кроме того, в 1989 году песня вышла на виниловом «двойнике» «Черная роза — эмблема печали, красная роза — эмблема любви». Хотя пластинка была саундтреком, записанным группой АКВАРИУМ к одноименному фильму С. Соловьёва, несколько песен (в т.ч. и «Поезд в огне») были добавлены туда в виде бонусов. Как и в случае с «Поколением дворников», БГ смущало, что в «Поезд» проникло «больше социальности, чем хотелось», поэтому группа довольно быстро перестала исполнять песню на концертах. Впрочем, своего отношения к советской власти автор не изменил и о прошлом не сожалел. Его можно понять — теперь он получил возможности, о которых до перестройки мог только мечтать: исполнял на сцене любые песни, свободно гастролировал, выпускал пластинки, выезжал за рубеж. И всё бы ничего, если бы БГ не стал делать совсем уж странные заявления… Например, о том, что бандиты 1990-х оздоровили российский «генофонд», что, в отличие от западных стран, Россия всегда «была основана на унижении одного человека другим». Или всерьёз пересказывал байку своей матери о том, как «на выпускном вечере мальчик пошутил про Сталина и весь класс отправили в Сибирь, в лагеря». Отдельные пассажи просто убивали детской наивностью. БГ, 2001:«Эта земля была когда-то нашей (когда? — С.К.), потом она стала — коммунистического правительства, и у нас вообще не было ничего своего (да ладно! — С.К.). Поэтому люди привыкли красть всё, что является общественным. И крадут до сих пор (не может быть! — С.К.). Борьба идет только за то, кто и что украдёт. Кто первый — тот крадёт больше. Ситуация может измениться со временем, когда люди поймут (?! — С.К.), что чужого брать не надо и проще (?!! — С.К.) заработать и сделать это своим». Когда в 2006−2008 годах журналисты спрашивали БГ, почему он больше не поёт «Поезд в огне», тот неизменно отвечал, что «поезд» давно догорел, поэтому песня «не имеет никакого отношения к сегодняшнему дню». БГ, газета «Аргументы и факты», 10.05.2006:«Эта песня была связана с определённым моментом жизни страны, где и осталась. Начиналась перестройка, и было ощущение, что впереди брезжит выход из тоннеля. Из тоннеля мы выбрались, но попали в поле, в котором нужно было что-то строить. Как оказалось, никто к этому не был готов. Пришлось ждать 15 лет и начинать думать о том, чтобы строить на более солидном уровне». В репертуар АКВАРИУМА песня вернулась только в 2010 году, когда БГ пригласили на лондонский фолк-фестиваль «Meltdown» и неожиданно попросили исполнить несколько «революционно-политических» песен. БГ: «…мы нашли три: „8200“, в которой есть недовольство положением дел, „Голубой огонек“, которую только человек без юмора не в состоянии привязать к чему-нибудь политическому, и „Поезд в огне“, которой мы закончили концерт. Удовольствие было для меня двойное, потому что и к песне я хорошо отношусь (я ее не вспоминал лет 20, а тут появился такой случай), и спеть с таким выдающимся составом подпевающих тоже было для меня крайне интересно. А подпевали столпы английской народной музыки — Томпсон, Мартин Карти, Норма Уотерсон, Лайза Карти и много кто еще. Красиво!» Песня пришлась как нельзя кстати в преддверии очередных президентских выборов, когда отношение к Путину в среде «творческой элиты» резко изменилось. Даже известная телеведущая, которая не так давно с придыханием называла Владимира Владимировича одним из самых сексуальных мужчин, вдруг приняла оппозиционную позу. Тут же выяснилось, что «Поезд в огне» вновь «актуален». Совпадение? Не думаю… БГ (из интервью 2011 года): «Мы по-прежнему едем на горящем поезде. Мы сейчас в состоянии „теплой“ гражданской войны. Не дай Бог, чтобы война стала горячей». «Мы эту песню пели год. С прошлого сентября по май. Перед выборами ее неудобно петь. …Эта песня вызывает правильную реакцию у людей. Боюсь, этот поезд и сейчас в огне, и всегда будет». Однако стоило протестам сойти на нет, как отношение БГ к «Поезду в огне» вновь поменялось. В мае 2012-го лидер АКВАРИУМА заявил: «Она уже не актуальна, год назад она ещё была актуальной, а теперь, простите, имея то, что мы имеем за окном… Кто возьмёт эту землю себе? Путин? Навальный? Кто из них? Я не имею чести знать ни того ни другого и на всякий случай воздержусь от знакомства». Напоследок я бы хотел вспомнить ещё одну показательную композицию с пластинки «Чёрная Роза…». Речь идёт о песне «Комиссар», которая очень созвучна «Поезду» в своём идеализме. Комиссар, я знаю, ты слышишь меня,Сделай вид, что не понял,Что я обращаюсь к тебе —Ни к чему давать повод к войне. …Комиссар, просто нам изначально дан выбор —История или любовь… По иронии судьбы, именно «Поезд в огне» стал наглядным примером того, что художник не может быть «выше истории», что она неизбежно проникнет в творчество — в той или иной форме. И закончиться история может только с гибелью человечества, что бы там не писал Фукуяма или не пел БГ. Ведь поэты — чаще всего, лишь зеркала, отражающие и преломляющие окружающий мир. Пророки и провидцы среди них встречаются исключительно редко. БГ, из интервью Д. Быкову, январь 1990:«…заниматься пророчествами я не люблю и не умею. Но мне кажется, что после ревущих восьмидесятых настанут деревенские (или долгопятые) девяностые. Мы прочно входим в фазу деревенского отношения к жизни, где весь мир предстанет глобальной деревней с ощущением тихого праздника. Человек ощутит себя частью традиции. Это будет время спокойного занятия своим делом. …В девяностые не будет прыгания туда-сюда, поездки на другой конец земли будут не увеселительные, а рабочие, вообще меньше будет чада, шума… Мне кажется, это будет очень хорошее и плодотворное время». О песнях БГ эпохи 1990-х мы и поговорим в следующей статье. Продолжение следует……

Эту статью описывают теги: Борис Гребенщиков, группа Аквариум

baltasi.ru